Около́ море жил старичок. На море рыбачил сетями. Около него жил купец богатый. Один раз [старик] на море замотал сечь, добыл кисло́го ки́та. Сечь всю порвал. Купец помог к нему сечи исправить. Второй раз замотал на море сечи. До́был с хвостом человека. Он живой и разговаривал по-нашему: «Дедушка, мне не бойся, я ведь тоже человек; роспутай от сечи и отпусти обратно меня в море, а сам подожди меня!» Старик хотя боялся, но все-таки роспутал, отпустил обратно морю и стал его дожидать. Через скорое время опять же приходит с хвостом человек — приносит маленькую сверточку, но едва на руке видно, и сказал старичку: «Приходи ко захтру и, когда пойдешь, старухе скази, через месяц пусть тебя ожидает».
Идет старичок домой, несет эту маленькую сверточку, а купец на путе стоит, спрашивает у старичка: «Дедушка, кого же ты изловил?» — «Ну, я маленькую сверточку добыл в сечи!» — «Покажи, дедушко, ко мне!» Купец посмотрел: там же золото лежит! Купец взял золото к себе, старичку наградил хлеба и мясо и коровьего бика [дал] дотащить до дома. Старичок пришел старушке, оставивши продукты у старушки, распростился со старушкой: «Дожидай меня через месяц».
Утром приходит синему морю — с хвостом уж человек давно его дожидает: «Дедушко, пойдем ко мне домой!» Старик говорит: «Да я боюся; ты ведь воде живешь?!» — «Дедушка, не бойся, сперва-то вода, а потом-то по земле!» Ну, старичок был согласен и идет за этим человеком. Сперва была вода, а потом стала земля. По дороге лежат разные рыбы, отворили рты: хотят старика съести. Когда цыкнет [на них] с хвостом человек, тогды рыбы уходят на сторону.
На дороге стоит один дом. Старик подошел к этому дому — там люди полно, и все плачут. Ну, старик не старик.
Приходят городу. Там уже люди все с хвостами, даже этого человека жена тоже с хвостом. Но стали над стариком смеяться, что он без хвоста. Старик россердился: «Ты меня привел разве людя[м] изгаляться?!» — «Ну, дедушка, я тебя пущу особую комнату!»
Старик живет особой комнате. Продукты таскают к нему. Ну, долгенко прозил и обратно собирается. И [с] хвостом человек его до берега доставить [взялся].
Приходит жена своего дома хозяина, которая была с хвостом. Посылает она старушке свои бусы́. Каждый камешек стоит по тысяче рублей. А мужик полкуля золото дает к нему.
Доходят до аниминишнему дому, которого они видели тот раз. А там народу! Му́зики играют и танцуют. Старику стало удивительно, спросил от товарища: «Да вот какое диво: прошлый раз все плакали, а теперь музыки играют да танцуют». Человек говорит к нему: «Прошлый раз у них ребенок родился — они к нему не рады, то-то и плакали, а теперь у них человек помер». Старичок говорит: «От нашего у вас совсем разное». А человек говорит: «Мы от Адама и Евы рождены, у нас вера такая. А ты, дедушка, от кого рожден?» Старик говорит: «Я тоже от Адама да Евы!» Вот они заспорились, и со сердца старика доставил до берегу. Выбросил ему полкуля золото на берег, сам ушел обратно, а старичок с кулем — домой. Приносит купцу золото, а купец ему наградил, чем он нуждался, а старушке — бусы́. Старушка надела эти бусы́ на себя.
От них недалеко в городе была царица, у нее бусы потерялись, а весть прошла: там старушка носила бусы. Старичка посадили в тюрьму, а старушки бусы отобрали и унесли царице. Царица посмотрела и сказала, что «эти не мои, мои-то камешек по сто р[ублей], а эти-то камешек но тысяче р[ублей]». Старушке бусы возвратила, а старичка из тюрьму выпустила и больше старичка наградила. Но и старичок ничем до смерти не нуждался. Ел сыто, жил хорошо.
(Зап. от Новгородова П. Н. Походск. 2.XI.40. Пересказ записи С. И. Боло)
Памятники русского фольклора. Фольклор Русского Устья. Отв. ред. С. Н. Азбелев, Н. А. Мещерский. Ленинград, 1986.