Слышал я от старых, совсем старых людей, что ране река была вовсе юкагирская. Собрались люди с разных губерний и поплыли на лодках морем: от удушья спасались, болезнь такая. И доехали они до самой Индигирки и здесь поселились. А в России их вовсе потеряли. Люди были дворянских фамилий, дед мой был дворянин, и грамота у него была с золотыми буквами, да мальчишка изорвал. Как платить стал комиссару подати, в мещане записали. А сначала-то и вовсе ничего не платили. Узнали наконец про них и в России, царь прислал комиссаров подати собирать, а подать была четвертак чистый, двадцать пять копеек. Дальше — больше — и обжились люди. Была ревизия: приехали сюда, фамилии искали; ты из Воронцовской губернии, будешь Воронцовский, из Галуги — Галугинский. Позднее наши в России услыхали, тоже поехали — семь человек; те — морем, эти — рекой сверху, тоже на лодках, да возле яру все и помёрзли. Юкагиры их нашли: все семеро так под одним одеялом и лежат.
(Косухино. 1912. Записано от старика Е. Голыжилского)
Памятники русского фольклора. Фольклор Русского Устья. Отв. ред. С. Н. Азбелев, Н. А. Мещерский. Ленинград, 1986.