Дедушка осердился,
в бабушку вцепился (влепился).
Кто ни придет —
того примет.
На горе горенской
стоит дуб смоленский,
листки чемодански,
когти дьявольски.
На море на окияне
стоит дуб с гибелями, —
отростки чертовски,
листки чемодановски.
На поле Алтынском
стоит дуб талтынской,
кoгти дьявольские.
На поле Кочетовском
стоит дуб чертовский,
а когти дьявольски.
На поле на Арском,
на рубеже татарском
стоит дерево ливанско (царское, райское),
листья Митрофановски,
когти дьявольски.
На поле на Арском
стоят когти-ногти дьявольски.
На поле на Рымском
стоит дерево чепурынско,
когти дьявольски.
На поле на Рымском
стоит куст родымский.
На поле на тетенском
стоит дуб веретенский,
кто к нему ни подойдёт,
тот добром не отойдёт.
На поле на тетенском,
стоит дуб веретенский;
кто ни пройдет —
всякого примет.
На поле на Тынском
стоял дуб сиротинский;
когти железные, а лист бумажный.
На поле Ногайском,
на рубище татарском
стоит столб гранении,
крылья махански,
листки чеботански.
когти дьявольски.
Семьдесят корчаг
на одном колу торчат.
Старик-то на горе.
а старуха-то под горой;
старик-то крепился, крепился
да в старуху-то и вцепился.
Стоит дуб-дубарис,
на нем кудри чупариски,
кто ни придет,
того примет.
Стоит древо кудряво:
кто подойдёт,
того обоймёт.
Стоит древо —
пан-древо,
на этом древе
листья шемаханские,
трости бухарские,
когти супостатские.
Стоит дряво;
кто подойдёт,
того и заграбат.
Стоит дряво-кудряво,
когти — волчьи;
кто подойдёт,
того и обоймёт.
Стоит дуб вялый,
в нем сидит чёрт-дьявол;
кто ни подойдёт,
так не отойдёт.
Стоит дуб латынский,
платье богатырско;
кто ни йдя
тот зацепитца.
Стоит дуб на горе,
никто к нему не подойдёт:
ни царь, ни царица,
ни красная девица,
а кто подойдёт,
тот с собой понесёт (унесёт).
Стоит дуб чагранский,
кудри у него чубутански;
никто его не сорвёт:
ни царь, ни царица,
ни красна девица.
Стоит на обочине дороги
старикашка одноногий.
Кто за его касается,
за каждого цепляется.
Колючка репья
Шипуля —
за ногу типуля.
Репейник сухой
Стоит древо-суходрево,
на этом древе-суходреве
сидит птица-невелица.
эта птица-невелица
никого не пропускат —
ни царя, ни царицу,
ни красну девицу.