Старинная волжская баллада “Разбойничья лодка”.
Из-под камешка речка разливалась,
С бережочками поравнялась.
По этой бистрой речке плула веточка.
Ну, хорошо как, братцы, ветка изукрашенная:
Еще нос-корма у ветки подзолоченныя,
И рытом бархатом ветка обколоченная.
Во ношу сидит атаман с-т ружьём,
Во кормэ сидит, братцы, есаул с копьём,
Ну пошередь ветки лежит золота кажна.
На кажне, братцы, красной ковричек,
На ковру, братцы, сидит крашна девушка,
Атаманова, братцы, полюбовушка,
Есаулово, братцы, ронна шестричка.
Сновидением она во шне видела:
«Атаманушку-братцу буть убитому,
Есаулушку-братцу буть пойманому,
А золотой кажне буть похиченной,
А мне, красной девушке, полоненой буть».
Тут спроговурэл, значит, атаманушко-брат:
«Ну, не может буть, — сказал он, — и уж так не шбудется.
Ну, станем пить-попивать да зелена вина».
А ну тут сирого́вурэла да кра́сна девушка:
«Ну как пить-то ви, пить-то, только ви не спивайтися!
Не может буть и не станется!»
Вот и стали пить они зелена вина,
Ну и шильно испилися.
Вдруг награнула погонюшка несносная:
Есаулушка-брата уж поймали его,
А атаманушка-брата на копье держал.
Тут спроговорэл атаманушка-брат:
«Что прошай, моя душа кра́сна девица,
Полюбовушка моя любезная,
Ну не верил я чибе, не верил чибе,
Уж не думал, что так сбудется».
И атаманушко-брат тут и помер.
Поймали есаулушка, повезли его
И посадили его, есаулушка, в тюрьму,
И меня, красну девушку, вмеште с ним
Посадили в тюрьму во глумную.
(Кузьмнчево. С. Б. Чикачев, 11.IV.46. Запись Н. А. Габышева)
Памятники русского фольклора. Фольклор Русского Устья. Отв. ред. С. Н. Азбелев, Н. А. Мещерский. Ленинград, 1986.