Вяземский Пётр Андреевич

"Спасителя рожденьем..."

Yandex.Share

 

           Спасителя рожденьем
           Встревожился народ;
           К малютке с поздравленьем
           Пустился всякий сброд:
Монахи, рифмачи, прелестники, вельможи —
     Иной пешком, другой в санях,
     Дитя глядит на них в слезах 
            И вопит: «Что за рожи!»

            Совет наш именитый,
            И в лентах и в звездах,
            Приходит с шумной свитой —
            Малютку пронял страх.
«Не бойся, — говорят, — сиди себе в покое,
      Не обижаем никого.
      Мы, право, право, ничего,
            Хоть нас число большое».

            Наш Неккер, запыхаясь,
            Спасителю сквозь слез,
            У ног его валяясь,
            Молитву произнес: 
«Мой боже, сотвори ты в нашу пользу чудо!
       Оно тебе как плюнуть раз,
       А без него, боюсь, у нас
            Финансам будет худо!

            Склонись на просьбу нашу.
            Рука твоя легка,
            А для тебя я кашу
            Начну варить пока.
О мастерстве моем уже днесь всякий сведал,
       Я кашу лучше всех варю,
       И с той поры, как взят к царю,
            Я только то и делал».

           Сподвижник знаменитый
           Его достойных дел,
           Румянами покрытый,
           К Марии вдруг подсел.
Он говорит: «Себе подобного не знаю,
      Военным был средь мирных лет,
      Теперь, когда торговли нет,
           Торговлей управляю».

           Пронырливый от века
           Сибирский лилипут,
           Образчик человека,
           Явился Пестель тут.
«Что правит бог с небес землей — ни в грош не ставлю;
       Диви, пожалуй, он глупцов,
       Сибирь и сам с Невы брегов
            И правлю я, и граблю!»

            К Христу на новоселье
            Несет министр овец
            Российское изделье,
            Суконный образец!
«Я знаю, — говорит, — сукно мое дрянное,
       Но ты носи, любя меня,
       И в «Северной» о друге я
            Скажу словцо-другое!»

            Вдруг слышен шум у входа:
            Березинский герой
            Кричит толпе народа:
            «Раздвиньтесь: я герой!»
«Пропустимте его, — вдруг каждый повторяет, —
        Держать его грешно бы нам,
        Мы знаем, он других и сам
             Охотно пропускает».

             Украшенный венками,
             Приходит Витгенштейн,
             Герою рифмачами
             Давно приписан Рейн!
Он говорит: «Бог весть, как с вами очутился,
        Летел я к славе налегке,
        Летел, летел с мечом в руке,
             Но с Люцена я сбился!»

             Нос кверху вздернув гордо
             И нюхая табак,
             Столп государства твердый,
             А просто: злой дурак!
Подводит из Москвы полиции когорту;
        Христос, ему отбривши спесь,
        Сказал: «Тебе не место здесь, —
             Ты убирайся к черту!»

             Захаров пресловутый,
             Присяжный славянин,
             Оратор наш надутый,
             Беседы исполин,
Марии говорит: «Не занят я житейским,
        Пишу наитием благим,
        И всё не языком людским,
             А самым уж библейским!»

             Дородный Карабанов
             Младенцу на досуг
             Выносит из карманов
             Стихов тяжелый пук.
Тот смотрит на него и рвется из пеленок,
        Но, хорошенько рассмотрев,
        Сказал: «Наш разживает хлев,
             К ослу пришел теленок!»

             С поэмою холодной
             Студеный Шаховской
             Приходит в час свободный
             Читать акафист свой.
При первых двух стихах дитя прилег головкой.
         «Спасибо! — дева говорит. —
         Читай, читай, смотри, как спит,
             Баюкаешь ты ловко!»

             К Христу оратор новый
             Подходит, Филарет:
             «К услугам вам готовый,
             Аз невский Боссюэт!
Мне, право, никогда быть умником не снилось,
         Но тот шепнул, другой сказал.
         И что я в умники попал,
             Нечаянно случилось!»

             К Марии благодатной
             Растрепанный бежит
             Кликушка князь Шахматный,
             Бьет об грудь и визжит:
«Святая! будь мне щит, я вовсе погибаю;
         Лукавый смысл мой помрачил,
         Шишковым я испорчен был,
             Очисти! умоляю!»

             Хвостовы пред малюткой
             Друг с другом входят в бой;
             Один с старинной шуткой,
             С мешком стихов другой.
Один кричит: «Словцо!» Другой мяучит: «Ода!»
         Христос-малютка, их прослушав вздор,
         Сказал, возвыся к небу взор:
              «Несчастная порода!»

              За ними пара Львовых
              Выходит из толпы,
              Беседы стен Петровых
              Надежные столпы.
Прослушавши Христос приветствие их длинно
          И смеря с ног до головы,
          «Уж не Хвостовы ли и вы?» —
              Спросил он их невинно.

              Трактат о воспитаньи
              Приносит новый Локк:
              «В малютке при стараньи,
              Поверьте, будет прок.
Отдайте мне его, могу на Нижний смело
          Сослаться об уме своем.
          В Гишпаньи, не таюсь грехом,
               Совсем другое дело!

               Горация на шею
               Себе я навязал, —
               Я мало разумею,
               Но много прочитал!
Малютку рад учить всем лексиконам в мире,
          Но математике никак,
          Боюсь, докажет — я дурак,
               Как дважды два четыре!»

               К Марии с извиненьем
               Подкрался Горчаков,
               Удобривая чтеньем
               Похвальных ей стихов.
Она ему в ответ: «Прошу, не извиняйся!
           Я знаю, ты ругал меня,
           Ругай и впредь, позволю я,
               Но только убирайся!»

               Беседы сын отважный,
               Пегаса коновал,
               Еров злодей присяжный,
               Языков тут сказал:
«Колена преклонив, молю я Иисуса:
            Храни, спаси нас от еров,
            Как я спасаюсь от чтецов,
                От смысла и от вкуса».

Между 1814 и 1817 (опубл. 1870)

Ещё никто не проголосовал

Добавить комментарий